Зарубин Дмитрий / Населенный пункт

   Да! И стоит ли нам беседовать о морали и нравственности?  По  зрелому
 размышлению современное человечество, и в особенности, как это и не фан-
 тастично, отдельные индивидуумы далековато ушли от этих  проблем.  Да  и
 являлись ли они проблемами, так сказать, во  временном  исчислении?  Вот
 Ваш герой (кстати, в книге с весьма фривольным названием, не  находите?)
 состоит в больном самочувствии. Нет, так чтоб о вечном подумать, о,  из-
 вините, Боге, а у него–то воля к жизни возвращается только  после  прос-
 мотра нагого женского тела.
    Гораздо смахивает на греков, у которых не было протяженности,  прост-
 ранства.
    Античная душа - тело. Ваш же герой в этом смысле ведет себя  подозри-
 тельно, поскольку он есть Ваша внутренность,  Ваша  незыблемость,  иначе
 Вам просто не о чем было бы писать. И получается - Ваша внутренность, то
 бишь душа - это тело, бессознательно выпирающее из всех пор Вашей  вели-
 кой души.
    А вот там, где я сейчас живу, душа - развалины, перемещаемые и  пере-
 носимые за спиной, передаваемые из рук в руки,  изо  рта  в  рот.  Купил
 "Киндер–сюрприз" - съел, а в яйце - кусочек крепостной стены, башенка  и
 королева, надрывно плачущая о прежних временах счастья. Но люди не тушу-
 ются. Приведу пример.
    У нас в деревне живет дурик. Не в том понимании, что он больной чело-
 век, а в том, что он не осознает тех мотивов,  которые  бросают  его  на
 нормальные, с точки зрения любимых Вами, по крайней мере словесно, дере-
 венских жителей, действия, но абсолютно не поддающиеся дешифровке и  ре-
 конструкции с точки зрения не любимых мной интеллигентных размыслитей.
    Он трудится в районной газете "Из Искры возгорится пламя" в  качестве
 ответственного секретаря. В облике  проскальзывает  что–то  нордическое:
 белокур, подбородок утюжком и выступает твердо вперед. Ему за  тридцать.
 Женат третьим браком на шестнадцатилетней девочке,  подхваченной  им  со
 школьной скамьи.
    Любит, можно сказать, это его страсть, посещать в  выходные  сельскую
 дискотеку.
    Причем начал ходить в народ с младенческого,  как  и  все  сверстники
 (мои и его), возраста.
    Слегка отвлекусь. Вы знаете ли что–то подобное  деревенским  дискоте-
 кам, особливо в их исторической протяженности?... Я - нет, это нечто  не
 поддающееся рациональному вникновению и чувственному охвату. Скорее  оно
 похоже на первобытные ритуальные танцы, в сочетании с глобальностью аме-
 риканских президентских выборов, немедленно брачующихся пар. И мой, наш,
 ответственный секретарь раз в месяц, на спор, любители находятся всегда,
 раздевается догола и гордо шествует на дискотеку, традиционно  производя
 неописуемый фурор. Сделав своеобразный круг почета, он  возвращается  на
 улицу, одевается и с чувством выполненного долга, тут же, вместе с  про-
 тивником по спору, выпивает из горлышка бутылку водки. Кстати, в  газете
 на правах энтузиаста он ведет еженедельную рубрику "НАШИ ЦЕННОСТИ"...
    В конце добавить ключевую фразу: "Да, а на что я жалуюсь? На то,  что
 меня не понимают? Или на то. что я не понимаю?".
  
  
    6
  
    Глава 2. Деревня и окрестности Большие самолеты, да даже и  "кукуруз-
 ники" сельхозавиации, над деревней не летали. Как–то не стремились к ней
 и птичьи стаи, не соблазняемые, как обычно, человеческим жильем  и  воз-
 можностью быстрой добычи корма. Ежедневно кружил над домами лишь  ярко–-
 черный, самодельный дельтаплан кого–то из местных жителей.
    Никто никогда не видел взлета, но тем не менее черный парус регулярно
 появлялся в деревенском небе в 13. 00, а через час плавно снижался к за-
 падному углу Подпольного.
    Так вот, если взглянуть на деревню с высоты полета этого дельтаплана,
 то можно обнаружить, что построена она неведомыми строителями с каким–то
 определенным, не расшифрованным смыслом. Хотя вполне вероятно, что умыс-
 ла не было, и строили, кто во что горазд, но  бессознательно  получилась
 шифровка. Ведь взлетя и достаточно долго находясь в воздухе и пристально
 вглядываясь вниз, на хозяйственные постройки и избы, обнаруживаешь,  что
 строения складываются в слово "НЕТ", причем поперечная перекладинка бук-
 вы "Н" не прерывается, а осознанно–плавно переходит  в  среднюю  палочку
 буквы "Е". А перекладина буквы "Т" смыкается с верхушкой, опять же, бук-
 вы "Е". И смастерился таким образом какой–то непонятный, слегка невразу-
 мительный иероглиф, который, с одной стороны, можно и прочитать по–русс-
 ки, а, с другой стороны, особенно, когда закладываешь вираж и  плоскость
 искривляется и уничтожается до сплошной линии, видишь  что–то  неземное,
 не наше, чужеродное, проникнувшее в самое сердце России.
    Этот рассказ, в дальнейшем повторяемый слово  в  слово,  Никодимов  в
 первый раз услышал где–то через месяц после своего появления в  деревне.
 Он сидел за деревянным расхлябанным барьерчиком, ощущая  спиной  мощь  и
 поддержку стоящей на стеллажах русской  классической  литературы,  и  не
 спеша листал подшивку местной районной газеты "Из Искры возгорится  пла-
 мя" (как ему сказала по поводу названия газеты заведующая Домом культуры
 - редакция не хочет менять принципы  и  переименовываться  так  резко  и
 быстро, как проистекают исторические перемены в нашей  великой,  конечно
 же, державе. Непристойно это!), внимательно присматриваясь к  аляповатым
 и размытым снимкам передовиков  капиталистического  производства  разных
 акционерных обществ закрытого типа и старательно размышляя над  заданием
 руководства - оформить стенд о достижениях новой жизни на селе в  период
 после октября 1993 года. Руководство милостиво разрешило пользоваться  и
 областной газетой "Коммуна", но не злоупотреблять и постараться  ограни-
 читься местными материалами.  Старинные  часы  с  амурчиками  показывали
 полтретьего.